?

Log in

No account? Create an account

Василий Молодяков


Previous Entry Share Next Entry

По следам бездомных Аонид - текст

Так назывался мой вечер в Доме Русского Зарубежья им. А.И. Солженицына 12 октября. Почему он так назывался? Аониды - Музы. Бездомные - потому что их выгнали из отчего дома известные исторические события: речь шла о русских писателях и поэтах "первой эмиграции". По следам - потому что мы теперь идем по их следам, пытаясь собрать и сохранить то, что еще можно собрать и сохранить.
Вечер был посвящен рассказу о моей коллекции автографов писателей и поэтов "первой волны" и о книге "По следам бездомных Аонид", только что выпущенной в Петербурге тиражом 66 (шестьдесят шесть) экземпляров. Это библиофильское издание, изначально ориентированное на редкость и малодоступность (обязательные экземпляры не рассылались и рассылаться не будут), не поступит в свободную продажу, оставшись "для немногих". Избранные тексты из него напечатаны в нью-йоркском "Новом журнале" (мартовская и июньская книжки этого года), а их первоначальные варианты можно найти в интернете.
Приведу с небольшими сокращениями предисловие к книге:
По следам бездомных Аонид
Странствуют российские пииты
Вдалеке от родины забытой,
И народ их слов не сохранит.
И пускай угаснут их мечты –
Это только участи начало
Данников стихии одичалой
Созиданья тленной красоты.
Так писал в 1938 г. живший в Эстонии поэт Борис Новосадов, он же Борис Христианович Тагго, открыв этими строками второй сборник своих стихов «По следам бездомных Аонид». Название понравилось мне сразу, как только я увидел его в библиографии и внес в «дезидерата». Теперь книжечка с росписью автора на последней странице (в выходных данных) стоит среди любимых, а ее заглавие я выбрал для рассказа об автографах литераторов «первой волны» эмиграции из своего собрания.
Коллекционирование книг, автографов и рукописей писателей и поэтов Русского Зарубежья в последние годы вошло в моду. Это замечательно – только вот цены в России на них, как и на прочий антиквариат, резко взлетели вверх, уверенно оторвавшись от «мировых», точнее европейских и американских. Собирательство на глазах превращается в привилегию богачей, но пусть уж они лучше покупают рукописи – целыми архивами – или произведения искусства, чем футбольные клубы. Во всяком случае, для России и русской культуры пользы от этого будет больше, поскольку немалая часть рукописного наследия эмиграции может оказаться под угрозой исчезновения. А сколько уже погибло…
Менее состоятельным библиофилам остается надеяться на умение отыскивать нужные книги по принципу «волка ноги кормят», на свои знания и на везение. Примерно с такими мыслями автор этих строк несколько лет назад принялся за розыск автографов писателей, поэтов и литературных критиков «первой волны», которые раньше никогда специально не собирал. Был в этом и некий «спортивный интерес» – а что еще возможно собрать в данной области при скромных средствах и жизни за границей (в Японии), то есть при почти полной оторванности от российских аукционов и магазинов, исключая работающие в Интернете. Результат перед вами.
Особенностью моего собрания является и то, что в нем много книг на иностранных языках – не только переводных, но и написанных русскими авторами по-английски, по-французски или по-немецки. По этой же причине среди адресатов инскриптов преобладают иностранцы. До недавнего времени отечественные собиратели почти не уделяли внимания иноязычным изданиям русских авторов, даже с автографами, а букинисты считали и считают их «труднореализуемыми». Автор этих строк, напротив, полагает данное направление очень перспективным в плане как коллекционирования, так и изучения, поскольку почти каждый собиратель – в той или иной степени исследователь. Дарственные надписи на подобных изданиях могут оказаться не только материалом для биографии конкретных авторов, но и показать бытование русской эмигрантской литературы в мире в целом. А этот вопрос, надо признать, изучен недостаточно.
Несколько слов о композиции книги. Я хотел выстроить рассказ по сюжетно-хронологическому принципу, чтобы каждая следующая история как-то соотносилась с предшествующей. Казалось, сделать это просто, поскольку почти все авторы так или иначе связаны друг с другом, оказалось – невозможно, поскольку вместо логической цепочки получалось нечто ветвистое или спиралеобразное. Тогда я избрал самый простой принцип композиции – алфавитный. Возможно, не лучший, но по-своему беспроигрышный.
Данное мини-собрание (часть большого и тематически разнообразного) не претендует ни на какую полноту или репрезентативность, разве что в отношении состояния европейско-американского букинистического Интернет-рынка, где приобретено абсолютное большинство описанных книг. Что там имелось – то и попало в мое собрание, чего не было – то не попало. Заведомо не по карману мне оказались только Набоков, Ремизов и подарочное издание «Гибели Атлантиды» Георгия Голохвастова. На российском антикварном рынке автографы писателей-эмигрантов встречаются чаще, чем за границей, но обычно выпадают из ценового диапазона, который я для себя установил, исходя из имеющегося количества «позлащенных возможностей» (чудесное выражение Бальмонта!).
Поскольку почти все описанные автографы появились у меня благодаря Интернету, читатель не встретит здесь приличествующих жанру фраз вроде «книгу уступил мне знакомый собиратель NN» (о раритете, купленном втридорога) или «мне посчастливилось обнаружить эти материалы у одного пожилого человека, который вскоре после этого умер».
Собранные здесь тексты были предварительно опубликованы в Интернете, что дало мне возможность воспользоваться советами и указаниями знакомых и незнакомых людей (всем спасибо!), которые были учтены при подготовке рукописи к печати.
Посвящаю эти записки моей жене Ольге Андреевой, вместе с которой мы вскрывали каждую новую посылку с книгами и радовались каждой новой находке.