Василий Молодяков


Previous Entry Share Next Entry

Джордж Вирек. Род и предки.

Несмотря на катаклизмы, работа над биографией Джорджа Сильвестра Вирека продолжается практически ежедневно, однако полностью "отработанного" текста до сих пор мало. Некоторые фрагменты я решаюсь предложить вниманию благосклонного читателя. За ранее опубликованной здесь первой главой "Кто вы, мистер Вирек?" следует вторая "Внук кайзера, сын социалиста". Ниже ее фрагмент о предках нашего героя. Прошу иметь в виду, что это - далеко не окончательный вариант.

По-немецки «фирек» (viereck) означает «четырехугольник». В письмах и дарственных надписях близким людям Джордж Сильвестр Вирек (будем называть его по правилам английского языка) вместо подписи порой рисовал квадратик, а некоторые статьи подписывал «George F(our) Corners», переведя таким образом свою фамилию. Правда, еще немецкие социалисты, включая Фридриха Энгельса, шифровали знаком квадрата фамилию его отца Луи Фирека (его мы будем именовать по-немецки) в конспиративной переписке периода бисмарковских «исключительных законов» против социалистов.

            «Семья Фиреков перебралась в Пруссию из Скандинавии где-то во время Тридцатилетней войны», – рассказывал наш герой о своем происхождении[1]. В генеалогических заметках, составленных его теткой Эрной Фирек (в замужестве Шмидт) в 1936 г.[2], первым Фиреком, о котором сохранились достоверные сведения, назван Юлиус Альберт (1653-1720), управляющий замком в Оберпалене (ныне Пытлсамаа в Эстонии), где в XVI в. находилась столица Ливонского королевства. Он был женат на Маргарет Эрмелинг (?-1712) и оставил пятерых детей, включая Юлиуса-младшего – родоначальника той ветви, к которой принадлежал Джордж Сильвестр: «В жилах моей матери, как и моего отца, течет кровь северных предков» (MFB, 237).

О «русской ветви» Фиреков мы знаем немного – точнее, не вполне ясно, где речь идет о родственниках, а где – об однофамильцах. Известно, что потомки Альбрехта, еще одного сына Юлиуса Фирека, переселились в Россию. В 1736-1740 гг. тайный доменс- и финанс-советник барон Фридрих фон Фирек управлял дворцовой Хатунской волостью на юге тогдашнего Московского уезда у реки Лопасни (ныне село Хатунь Ступинского района Московской области), подчиняясь лично императрице Анне Иоанновне. Площадь волости немного превышала 300 квадратных километров, а мужское крестьянское население в 1735 г. составляло 6924 «души»[3]. Деятельность управляющего регламентировалась инструкцией 1731 г.: он отвечал практически за всё. Современный краевед оценил Фирека, составившего подробное описание вверенных ему владений (на немецком языке – русского он не знал), как «очень дельного и не вороватого»[4]. В эпоху борьбы с «низкопоклонством перед Западом» о «немецких авантюристах, стремившихся захватить доходные места в государственном аппарате» писали по-иному. Однако даже из статьи С.И. Волкова, рисующей управление Хатунской волостью одной черной краской, видно, что Фирек, получавший большое жалованье (3000 руб. в год), скорее «покрывал» дела своих подчиненных, нежели сам был замечен в злоупотреблениях.

Из других «русских» Фиреков нам известны два лютеранских пастора. Иоганн Фирек из Казани в начале XIX в. служил на Ижевском заводе, где было много немецких оружейников[5] Рибенсдорф (Рыбное) Острогожского уезда Воронежской области, окормлял единоверцев на Камско-Воткинском железоделательном заводе[6]. Родство пасторов с нашим героем пока установить не удалось, но его дальним родственником был потомок Альбрехта доктор Людвиг Фирек, который уже в почтенном возрасте в начале ХХ в. жил в Москве и, видимо, там же умер. . Его родственник или однофамилец Фридрих Фирек, уроженец села

            Историю жизни Джорджа Сильвестра следует начать с бабушки Юлианы Каролины Эдвины (1826–1856), которую внук никогда не видел. Уроженка Бреслау (Вроцлав), она дебютировала в 1843 г. на сцене городского театра, затем перебралась в Австрию, попытала счастья в Вене и получила ангажемент в театре Брюнна (Брно). В 1846 г. Эдвина уже играла на королевской сцене в Берлине, где прославилась в драмах Шиллера и во французских комедиях, хотя зрители, по отзывам современников, больше ценили ее красоту и голос, чем актерский талант[7]. Мать актрисы Каролина Бутней (или Бутни) происходила из лужичан – потомков коренного славянского населения Германии, известных под названием «венды», поэтому светский лев, путешественник и ландшафтный дизайнер князь Герман фон Пюклер-Мускау прозвал Эдвину «княгиней вендов». Иногда она так подписывала письма к нему[8]. Главным покровителем актрисы был сам прусский король Фридрих-Вильгельм IV, который «восхищался ее искусством и с помощью личного вмешательства часто спасал от последствий нарушений той строгой дисциплины, которая господствовала за кулисами королевского театра» (MFB, 237).

Младший брат короля кронпринц Вильгельм (1797-1888), будущий король Пруссии (с 1861) и первый кайзер объединенной Германской империи (с 1871), не только благоволил Эдвине, но и стал отцом ее сына Франца Георга Эдвина Луи Витольда Фирека, родившегося 21 марта 1851 г. Кровь Гогенцоллернов делала его потомком Фридриха Великого и родственником – правда, отдаленным – Карла Великого, Фридриха Барбароссы и Марии Стюарт.

            Луи Фирек был рожден вне брака и получил фамилию матери. По желанию кронпринца отцом мальчика записали Фридриха Вильгельма Августа Людвига фон Прилльвица (1829-1894), который был сыном принца Фридриха Вильгельма Генриха Августа Прусского от морганатического брака и тоже носил материнскую фамилию. Происхождение Луи не было секретом: Карл Маркс в письме к Фридриху Зорге 19 сентября 1879 г. прямо назвал его «внебрачным сыном германского императора»[9], – но говорить об этом вслух в Германии было, разумеется, невозможно. Иностранные журналисты отмечали у Луи «внешность Гогенцоллерна» и многозначительно писали, что «его происхождение окутано некоей тайной»[10]. Джордж Сильвестр отвечал на подобные вопросы уклончиво, но подружившийся с ним в начале двадцатых экс-император Вильгельм II с улыбкой называл его «мой кузен», а в 1956 г., когда наш герой последний раз ездил в Европу, принц Луи Фердинанд Прусский, внук кайзера и глава дома Гогенцоллернов, поднял в его честь тост «за наших предков».

            Генеалогические древа Гогенцоллернов и Фиреков, видимо, пересекалась не раз. Предание, записанное Эрной со слов своей тетки Франциски (сестры Эдвины), называло Каролину Бутней дочерью принца Людвига Фердинанда, у которого служил лесником ее «официальный» отец, между прочим увлекавшийся алхимией. Принц был хорошим музыкантом и композитором, покровительствовал Бетховену, у которого учился, и прославился героической гибелью в сражении при Заальфельде против войск наполеоновского маршала Ланна в 1806 г. После ранней смерти законного мужа Каролину и ее детей поддерживали некие высокие покровители: Франциска получила небольшое приданое и тяжело добываемое в те годы согласие на брак с прусским офицером, а ее брат Эдуард, отец Эрны, военное воспитание за казенный счет. Франциска, которая, похоже, была хранительницей семейных легенд и тайн, считала, что отцом Луи Фирека мог быть не только будущий кайзер, но и принц Георг Прусский – плодовитый драматург, снискавший известность под псевдонимами «Георг Конрад» и «Гюнтер фон Фрайберг». Он был крестным Луи Фирека, а затем его сына Георга, будущего Джорджа, который получил это имя в его честь. Еще она утверждала, что дочь Эдвины Фирек Гизела, умершая в детском возрасте, была рождена не от Вильгельма, а от Прилльвица, с чем не соглашался ее брат Эдуард, называвший последнего истинным родителем обоих детей красавицы-актрисы. История весьма запутанная, но королевская кровь присутствует здесь в любом из предложенных вариантов.     

Эдвина Фирек скончалась, когда ее обожаемому сыну было всего пять лет. Позже он перевез ее останки из Карлсбада в Берлин и захоронил в церкви, в которой его крестили, а затем завещал кремировать их вместе с собой. В 1922 г. его последняя воля была исполнена: «Один огонь, поглотивший обоих, соединил мать и сына в смерти. Он вернулся во чрево земли и во чрево матери. Две белые урны с прахом моего отца и моей бабушки стоят друг против друга в месте последнего упокоения – в склепе в Вильмерсдорфе, пригороде Берлина» (MFB, 240). Что там сейчас?(об этом я как раз и спрашивал)

От матери Луи Фирек унаследовал небольшое состояние, но, вопреки слухам, не получал никакого содержания или пособия от королевского дома, хотя Эдвина оставалась фавориткой кронпринца Вильгельма до своей кончины. Прилльвиц заботился о мальчике и подумывал о его формальном усыновлении после того, как женился на графине фон Мольтке, но так и не сделал этого. Луи получил хорошее образование в университетах Берлина и Марбурга, где изучал медицину и юриспруденцию, и записался добровольцем в армию во время франко-прусской войны 1870 г., но не успел поучаствовать в боевых действиях. Джордж Сильвестр был уверен, что отец мог бы сделать успешную карьеру на государственной службе, даже несмотря на раннюю смерть матери, если бы не выбрал другую дорогу. Под влиянием своего наставника Евгения Дюринга Луи Фирек стал социалистом, несмотря на августейшую «наследственность».

            Время для такого выбора было неблагоприятное. «Железный канцлер» Бисмарк с помощью «исключительного закона» (Закон против вредных и опасных стремлений социал-демократии), принятого рейхстагом и утвержденного кайзером в октябре 1878 г., решил искоренить социал-демократов как политическую силу, запретив их деятельность вне имперского и местных парламентов, и одновременно заимствовал из их социальной программы все то, что считал возможным применить. Август Бебель и Вильгельм Либкнехт руководили Социалистической рабочей партией Германии нелегально, поддерживая контакты с жившими в Англии Марксом и Энгельсом. В отличие от них и от своего знаменитого погодка Эдуарда Бернштейна, редактировавшего в Швейцарии партийный орган «Социал-демократ», Луи Фирек придерживался умеренных взглядов и выступал за максимальное использование легальных форм и методов деятельности, прежде всего в области журналистики, за что «основоположники» часто критиковали его. «В Германии многие (разительный пример – Фирек, который совсем было приуныл из-за того, что легальная пропаганда невозможна) придают слишком большое значение открытой пропаганде и недооценивают действительную движущую силу исторических событий», – писал Энгельс Бебелю 25 августа 1881 г.[11] Однако в его же письме Бернштейну от 12 марта того же года находим более оптимистические строки: «Фирек был тоже вначале очень уныло настроен, но нескольких дней, проведенных на вольном лондонском воздухе, было достаточно, чтобы вернуть ему жизнерадостность»[12]

Фамилия «сына кайзера» часто мелькает в переписке социал-демократов этих лет. 27 августа все того же 1881 г. Энгельс коротко сообщил Бернштейну: «Фирек в Копенгагене»[13]. Приезд на социалистический конгресс чуть не закончился для Луи арестом, поскольку датская полиция помогала германской, а «исключительные законы» запрещали социал-демократам проводить любые мероприятия. Его спрятал в своем доме знаменитый критик Георг Брандес, который любезно объяснил преследовавшим Фирека «фараонам», что не знает и никогда не видел такого человека. Через 27 лет этот инцидент открыл Джорджу Виреку двери в дом Брандеса, который никого не принимал. «Я автор многих книг, – отрекомендовался визитер «копенгагенскому мудрецу», когда тот попытался выпроводить его. – Мои стихи ознаменовали новую эпоху в американской литературе. Я дал новый импульс поэзии нашего времени. Еще я редактирую два журнала». Сказанное не произвело на хозяина никакого впечатления, но он заинтересовался фамилией гостя и спросил: «А вы не родственник Луи Фирека, бывшего социалистического лидера?». «Я его сын», – ответил наш герой. «Лед был сломан, и разговор завязался»[14].        

20 июля 1881 г. Маркс писал Фридриху Зорге, главе американской секции Интернационала: «Последними посетителями, только что ушедшими от меня, были Фирек и недавно обвенчавшаяся с ним тоже урожденная Фирек. Я не видел этого господина со времени его возвращения из Америки»[15]. На этом следует остановиться подробнее, потому что сказанное имеет самое прямое отношение к Джорджу Сильвестру, еще не появившемуся на свет.

Первый после введения «исключительных законов» съезд социалистической партии, состоявшийся 20-23 августа 1880 г. в швейцарском замке Виден, постановил командировать в Новый свет ветерана революционного движения Фридриха Фрицше, бывшего депутата рейхстага, вместе с молодым и энергичным Фиреком для проведения агитации и сбора денег на партийные нужды. С февраля по май 1881 г. они ездили по Америке, организуя митинги, которые широко освещались в социалистической печати, и собрав немалую по тем временам сумму в 1300 марок. Энгельс, которого Фирек исправно информировал о проделанной работе[16], отрицательно оценил поездку, считая, что «благонамеренные» речи визитеров «принизили партийную позицию до вульгарно-демократического и добродетельно-филистерского уровня»[17]. Однако для 30-летнего Луи она приобрела особую важности: он увидел страну, с которой позднее свяжет свою судьбу, и в которой родилась его будущая жена Лаура, мать нашего героя.

Лаура Фирек появилась на свет в 1854 г. в Сан-Франциско, где ее фамилия произносилась как «Вирек». Туда после поражения германской революции 1848-1849 гг. эмигрировал ее активный участник Вильгельм Фирек, старший брат Эдвины, которая спрятала его от полиции в… камине своего дома, а затем помогла ему бежать из Германии. Романтическая история легла в основу пьесы, которую написала его племянница Эрна – тетка и первый литературный наставник Джорджа Сильвестра. Перебравшись в Новый свет, Вильгельм пережил немало опасных приключений, включая пребывание в индейском плену, а затем осел в Калифорнии, основав там первый немецкий театр и стал одним из наиболее уважаемых «германо-американцев». После его безвременной кончины в сорок с небольшим лет в 1865 г. его жена с детьми вернулась в Германию к многочисленным родственникам в Германию.

Энгельс был свидетелем на свадьбе Фиреков в Лондоне в 1881 г., однако в феврале 1883 г. между ними произошла размолвка из-за частного случая, никак не связанного с политикой, и отношения прервались[18]. С этого момента Энгельс не упускал случая съязвить по адресу бывшего товарища, вспоминая и о его происхождении. «Этот человек хочет быть пай-мальчиком в глазах своего папаши. Но у папаши есть дела поважнее», – писал он Каутскому 6 сентября 1885 г. по поводу выступления Фирека, заявившего, что император сделал бы для рабочих гораздо больше, если бы знал, как плохо они живут. «Фирек (в оригинале нарисован квадрат – В.М.) неисправим, обращение его к папаше умилительно. Старик задаст ему трепку», – иронизировал Энгельс в письме к Герману Шлютеру две недели спустя[19].

Фиреки свили семейное гнездо в Мюнхене. Луи издавал и редактировал газету «Suddeutsche Post», в которой по мере возможного распространял социалистические идеи «реформистского» толка и много писал о различных научных открытиях и изобретениях. Например, он активно пропагандировал систему водолечения пастора Себастьяна Кнейппа и организовал первую публичную лекцию Магнуса Хиршфельда о пользе натуропатии – того самого Хиршфельда, который позднее стал одним из основателей сексологии и другом младшего Вирека.  

Луи Фирек принадлежал к «правому» крылу немецких социал-демократов, которые считали необходимым использовать трибуну рейхстага для реальной борьбы за права трудящихся, пусть в скромных масштабах, а не только для «сотрясания воздуха», чреватого новыми репрессиями. В 1884 г. он добился включения своей кандидатуры в партийный список и был избран депутатом, несмотря на протесты Энгельса, который еще 28 февраля 1883 г. предупреждал Бернштейна: «Кандидатуру такого человека, как Фирек, ни в коем случае не следовало бы выставлять»[20]. «Свободы, даже такой, какая была до 1878 г., нам больше не дадут, – наставлял он того же адресата 11 ноября 1884 г. – Гейзерам[21] и Фирекам предоставят полную свободу, и при этом будет прекрасный предлог для отговорок, что, мол, идут так далеко, как только можно»[22]. Однако политическая борьба вокруг него не стихала.

Георг Сильвестр Фирек, ставший позднее Джорджем Сильвестром Виреком, появился на свет в Мюнхене во второй половине дня 31 декабря 1884 г. Чуть ли в не в самый момент его рождения в спальню Лауры влетела пуля, неизвестно кем выпущенная и, по счастью, никого не задевшая. Первым именем новорожденный был обязан принцу Георгу Прусскому, вторым – времени рождения: канун нового года называется в Германии «Сильвестров вечер». Наш герой всегда предпочитал, чтобы его называли именно Сильвестром.



[1] GSV. My Flesh and Blood. A Lyric Autobiography with Indiscreet Annotations. N.Y., 1931. P. 237. Далее сокращенные ссылки на автокомментарии Вирека к этой книге приводятся в тексте (MFB – с указанием страницы).

[2] ВЭМ (собрание В.Э. Молодякова)

[3] Волков С.И. Из истории управления дворцовыми крестьянами // Академику Борису Дмитриевичу Грекову ко дню семидесятилетия. Сборник статей. М., 1952. С. 266-272.

[4] Кобяков Ю. Новый Быт – Новая Чигла: мост через столетия // Чехов сегодня. № 91 (1156). 2009. 20.08. С. 5; http://www.mosreg.ru/userdata/1251727440.pdf

[5] talks.mark-itt.ru/forummessage/50/188723.html

[6] Иностранцы на Камско-Воткинском железоделательном заводе, 1780-1917 гг. Перечень документов // http://www.gasur.ru/af/lists/cga/perechen1.pdf Фридрих Фирек (1802-1849) http://www.eiprd.ru/site.php?mode=change_page&site_id=223&own_menu_id=36403&curent_page=33

[7] Биографический очерк: Album des Konigl. Schauspiels und der Konigl. Oper zu Berlin. Berlin, 1858. S. 137-138 (в этой книге помещен единственный известный мне портрет Эдвины - красивая была женщина!).

[8] Briefwechsel und Tagebucher des Fursten Hermann von Puckler-Muskau. Bd. 6. Berlin, 1874. S. 173-188.

[9] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2. Т. 34. М., 1964. С. 326.

[10] Social Democrats in the Reichstag // Harper’s New Monthly Magazine. Vol. LXXI, CCCCXXIII (August 1885). P. 349.

[11] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 35. М., 1964. С. 180.

[12] Там же. С. 140.

[13] Там же. С. 181.

[14] GSV. Confessions of a Barbarian. N.Y., 1910. P. 156-158 (далее: Confessions).

[15] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 35. С. 162.

[16] Например, в неопубликованных письмах от 4 марта и 6 мая, хранившихся в Институте марксизма-ленинизма в Москве; указано: Маркс и некоторые вопросы международного рабочего движения XIX века. (Статьи и документы). М., 1970. С. 215.

[17] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 36. М., 1964. С. 76.

[18] Там же. Т. 35. С. 367-372.

[19] Там же. Т. 36. С. 304, 308.

[20] Там же. Т. 35. С. 372; то же в письме к Бебелю (10-11 мая 1883): Там же. Т. 36. С. 22.

[21] Депутат рейхстага в 1881-1887 гг. Бруно Гейзер был исключен из партии вместе с Луи Фиреком как «оппортунист» на Сен-Галленском съезде в начале октября 1887 г.

[22] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 36. С. 202.

 



?

Log in

No account? Create an account