?

Log in

No account? Create an account

Василий Молодяков


Previous Entry Share Next Entry

Петербургские впечатления: книги и люди

Книжный компонент относится к числу главных во всех моих петербургских "визитах". Это не только обход букинистических магазинов и встречи с коллекционерами, но и постоянная тема разговоров и размышлений - пока бродишь по улицам непостижимого города.
Скажу откровенно, питерские книжные магазины давно не радуют меня интересными находками. Эпизодичность визитов тут не при чем. Через интернет здесь можно найти немало интересного, а с прилавка - увы! Такая, значит, карма. Единственный улов в этот раз - перевод романа Анри Беро "Мой друг Робеспьер", найденный в куче уцененных книг за 50 (пятьдесят) рублей в знаменитом подвале на Литейном. Зачем мне понадобился Беро, расскажу в свое время.
Впрочем, нет. Одну замечательную книгу я видел в "Мире искусства" на Невском 3: Стендаль. Новеллы, хроники и эпизоды. М.-Пг., изд. Л.Д. Френкель, 1923. В родной обложке и почти идеальном виде, что для большой и толстой книги в бумажных обложках, бывает нечасто. На авантитуле - большой и очень красивый автограф составителя Анатолия Виноградова известному ленинградскому профессору. Стоила 6000 рублей или 200 долларов. За половину этой суммы купил бы, не думая, зачем она мне нужна. И Виноградова, и Стендаля я уважаю, но... Я понимал, что есть человек, которому эта книга нужна больше, чем мне. И он появился.


Он появился и, не представившись, сказал: "Я читал вашу последнюю книгу". "Какую?" - резонно спросил я. Выяснилось, что незнакомец уже прочитал биографию Брюсова, и мы разговорились. Минуты разговора хватило, чтобы понять - передо мной настоящий библиофил. Я показал ему Виноградова: дескать, не нужна ли вам такая замечательная книга, а то что она зря на полке стоит. Книга моментально перекочевала в его руки да так там и осталась.

  

В итоге рады были все. Мой новый знакомый - замечательной находке. Хозяйка - тому, что книга продалась и по указанной цене (я попытался поторговаться, но без особого успеха).


Я был рад тому, что принес магазину, нередко радовавшему меня в прошлом, хоть какую-то пользу. В разговоре выяснилось, что книга стоит на полке давно, но моему новому знакомому - здешнему завсегдатаю - почему-то показана не была. Наконец, мы познакомились. "Я - Дорошин",- скромно сказал счастливый обладатель автографа Виноградова. Это оказался Андрей Юрьевич Дорошин, о котором я накануне слышал много лестного от Вилли Александровича Петрицкого - о чем не преминул сообщить ему. На радостях мы сфотографировались.


Но от любезного приглашения посетить в тот же вечер заседание Секции любителей книги и графики Петербургского дома ученых (членом которой я являюсь) с сожалением пришлось отказаться - мы уезжали в Москву, а непосредственно перед этим должны были посетить моего научного редактора. 
Накануне вечером мы были в гостях у Вилли Александровича Петрицкого, библиофила, философа и философа библиофильства, а также поэта-космиста и исключительно гостеприимного хозяина. Всего несколькими днями ранее мы встретились в Москве на учредительном съезде Национального союза библиофилов (об этом событии будет отдельный пост), а до того не виделись... ну, лет десять. Внешне Вилли Александрович вообще не изменился (внутренне, конечно, стал духовно глубже и богаче).


И не спрашивайте, сколько ему лет, - все равно не поверите (но можно проверить в Википедии).
По давней традиции, мы не принесли с собой ни бутылку вина/водки/коньяка, ни торт/коробку конфет. Это было бы пошло и неуместно. Хозяйке - очаровательной Инге Александровне - цветы. Хозяину - автограф Федора Степуна на немецком издании его мемуаров. Ибо Вилли Александрович собирает автографы деятелей русской науки и культуры (для последующей передачи на госхранение!), чтит Степуна и знает немецкий язык. В гостях мы провели чудесный вечер в разговорах о книгах и людях, поэтому случившаяся на следующий день встреча уже не показалась случайной.
Конечно, я побывал у Новой Голландии, куда прихожу в любой свой приезд в Петербург. И в первый раз сфотографировался на фоне той самой Арки.


Это мое любимое место в городе. Думаю, у каждого петербуржца или того, кто этот город любит, есть свое "не прощу" в адрес гражданки М. Я не прощу ей Новую Голландию. Ломала бы у себя по месту рождения...