Василий Молодяков


Previous Entry Share Next Entry

Околовирека-7: Герман Хэйдждорн

В предыдущих сериях рассказывалось о друзьях Вирека. Но у него были не только друзья.

Герман Людвиг Гебхард Хагедорн (1882-1964) – так произносилась фамилия его предков – родился на два года раньше Вирека, в немецкой семье в Нью-Йорке и начал говорить по-английски только в пять лет. Его отец в молодости перебрался из Германии в США, а мать, как и мать Джорджа Сильвестра, принадлежала к семье эмигрантов из «поколения 1848 года». Отталкиваясь от отца, к которому он испытывал амбивалентные чувства, Герман вырос «стопроцентным американцем», получил место преподавателя английской литературы в Гарварде и стал поэтом традиционалистской ориентации, выпустив первую книгу в один год с английской «Ниневией»: парадокс в том, что она вышла на английском языке в… Берлине. Хэйдждорн мечтал получить признание в консервативных и респектабельных кругах Новой Англии – которые наш герой считал замшелыми и пуританскими – и добился своего. Один рецензент похвалил его за «отсутствие позы цинизма, скептицизма и усталости от жизни, которые часто портят ранние стихи выдающихся поэтов». По мнению биографа, это намек на Вирека .
Делая карьеру в американской литературе, Хэйдждорн не забывал о германских связях. В 1908 г. он выпустил поэму «Коринфянка» с посвящением переводчику Шекспира Альфреду фон Маунтцу и вручил ее профессору Кельвину Томасу, называвшему себя «германо-американцем по избирательному сходству», сделав дарственную надпись по-английски.

Hagedorn-1Cov

Hagedorn-1Ins

Поднесенные ему же четыре года спустя «Стихотворения и баллады» содержали инскрипт на немецком языке.

Hagedorn-2Cov

Hagedorn-2Ins

(Рисунок переплета такой же, как на "Коринфянке").
К началу Первой мировой Хэйдждорн издал шесть книг, которые были приняты критикой со снисходительной доброжелательностью – или доброжелательной снисходительностью – но не приносили дохода, и обзавелся семьей, однако, по собственному признанию, существовал исключительно на средства нелюбимого отца. Вернувшийся на родину, Хэйдждорн-старший помогал сыну даже в годы войны, несмотря на его яростные антинемецкие выступления. Вирек оказался одним из главных «злодеев» в этих диатрибах, в которых трудно не видеть личных мотивов. Возможно, Джордж Сильвестр имел в виду именно Хэйдждорна, говоря: «В душе некоторых моих врагов шевелилась зависть, поскольку газеты уделяли мне много места, а мои литературные труды не оставались без материального вознаграждения».
В августе 1917 г. Джордж Сильвестр публично схлестнулся с Хэйдждорном, назвав его «германо-американским отступником» за призыв к запрету германоязычной прессы. Еще в конце 1916 г. этот рузвельтовский паладин призвал влиятельных редакторов «антантовской» ориентации Чарльза Тауна, некогда хвалившего стихи Вирека, и Портера Брауна «сделать хоть что-то». Результатом стало появление «Бдительных» – пропагандистского объединения, членов которого Вирек обозвал «неспособными или нежелавшими идти на фронт, а потому развернувшими партизанскую войну против “пацифистов” и “шпионов” дома». Отметив, что «обвинение со стороны такого человека, как Вирек, является честью», Хэйдждорн заявил, что «не изменял Германии, поскольку родился в Америке и никогда не был немцем», и назвал рассуждения о «германо-американизме» «зловредной чепухой», которой «лишь фокусы германских пропагандистов придают видимость реальности». В ноябре 1917 г. он опубликовал стихотворение «Портрет крысы»:
Слащав, не блещет чистотой,
Тщеславный сноб, пошляк пустой.
Его улыбки – просто яд,
И все дела его смердят.
Поэт, знаток Любви и Муз,
С борделем заключил союз...
(перевод Валентина Емелина)
И далее в том же духе.
Напомнив, что «самой известной характеристикой этого милого грызуна является готовность покинуть тонущий корабль», Вирек парировал: «Меня можно упрекнуть во многих слабостях, но не в моем обыкновении бросать штурвал при приближении айсберга или торпеды. <…> Ошибку Хэйдждорна можно объяснить открытием Фрейда о том, что человек часто приписывает другим собственные слабости». Ответом стал «Портрет шакала», опубликованный в декабрьском номере «International». «Можно не добавлять, – заметил автор, – что это не портрет Хэйдждорна. Он не настолько важен, чтобы тратить на него хоть каплю чернил» .
Легко играет подлеца,
Плюя на памятник отца…
...Когда страна зовет сынов,
Он лишь стило отдать готов.
Трус, хоть и на словах – герой,
Стукач, свою он выбрал роль,
Шакал, приемлем риск ему
При ставке десять к одному!
(перевод Валентина Емелина)
Автор не случайно включил этот «вклад в зоологию» в свою книгу о Теодоре Рузвельте. Положение полуофициального биографа «Тедди», которое Хэйджордн занял в годы мировой войны, спасло его от финансового краха, когда возмущенный отец, отказавшийся в феврале 1915 г. от американского подданства, перестал присылать сыну деньги из Германии. Агиографические книги о «полковнике» и служба в ассоциации его памяти до конца жизни оставались для него источником дохода. В марте 1918 г. Хэйдждорн опубликовал книгу «На чьей мы стороне? Призыв к американцам германского происхождения», объявив мировой конфликт «войной принципов», в котором «не может быть нейтралов». Перечислив аргументы против участия в войне, он отмел их как «дело прошлого» и потребовал от соплеменников публично заявить: «Я, американский гражданин германской крови, верую в Америку, мою страну, и в принципы свободы, равенства и демократии, за которые она выступает. Поэтому я против Германии. Я желаю видеть мою страну победоносной и Германию побежденной».
Концовка этой истории весьма необычна. Осенью 1956 г. (да, это не опечатка!) Вирек и Хэйдждорн случайно встретились на улице в Нью-Йорке - и помирились, хотя друзьями не стали.

"Кориняфнку" я ниасилил, стихи прочитал: скучные и какие-то деревянные. Военная публицистика до того правоверная - аж неловко...
Автографы Хэйдждорна встречаются часто, стоят дешево и, похоже, не пользуются спросом. Два приведенных выше я купил у одного букиниста, кажется, по 10 или 12 долларов. Продавец сделал мне скидку на пересылке и деликатно поинтересовался (что вообще у букинистов не принято), зачем русскому профессору из Токио автографы забытого американского поэта немецкого происхождения. Я ответил, и продавец сообщил, что продавал эти книги лет двадцать: начал с 50 долларов за штуку и постепенно уценивал. Думаю, он был доволен. Я тоже - книги красивые, и сюжет занятный.

  • 1

начал говорить по-английски только в пять лет.

phd_paul_lector February 16th, 2015
ну, это классика - "Alles war in Ordnung, bevor dieser das Mittagessen", пардон май френч :)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account