Василий Молодяков


Previous Entry Share Next Entry

Книги Джорджа Вирека-26: "Ничто человеческое" (1949)

В предыдущей серии говорилось о последней книге Вирека перед вступлением США во Вторую мировую войну. Сегодня рассказ о первой послевоенной.
В конце мая 1947 г. Джордж Сильвестр вышел на свободу после четырех с половиной лет тюремного заключения за нарушение Закона об иностранных агентах (это отдельная история). Его встретил племянник Луи, который привез его в Нью-Йорк из Льюисбурга и помог устроиться там. К тому времени жена Маргарет распродала почти все их имущество и раздала деньги благотворительным католическим и еврейским организациям; она фактически отреклась от мужа, хотя официально не разводилась с ним. Сын Питер, который в 1946 г. демобилизовался из армии и получил место преподавателя в Гарварде, осторожно восстановил отношения с отцом. Словом, у Джорджа Сильвестра не было почти ничего, кроме неплохого для 62 лет здоровья (тюрьма почти не подорвала его), лежавшего где-то на складе архива и чемоданчика с рукописями стихов и нового романа "Ничто человеческое". Заглавие отсылало к знаменитой фразе Теренция: «Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо».
Работа над романом началась в 1944 г., когда известный пенолог Ховард Гилл (1889-1989) был назначен суперинтендантом тюрем округа Колумбия (Вирек сидел в Вашингтоне, ожидая нового процесса). Гилл выступал за реформу пенитенциарной системы в сторону гуманизации, говоря: «Человека отправляют в тюрьму в качестве наказания, а не для того чтобы его там наказывали. Лишение свободы уже есть наказание». Такой подход многим не нравился, и в 1946 г. его отстранили от должности. Вирек успел воспользоваться смягчением режима: Гилл сделал его своим помощником, поручая готовить справки и речи, для чего выделил небольшую, но отдельную комнату в «Бастилии округа Колумбия». Секретарша – негритянка, что не прибавляло симпатий к суперинтенданту, – общалась с Виреком и «несмотря на некоторые пуританские предубеждения, перепечатала несколько глав романа».
Сюжет романа, написанного в расчете на широкого читателя, большой тираж и соответствующий гонорар, несложен. Действие начинается перед войной. Банкир-миллионер Стюарт Кент, счастливый муж и отец двоих детей, переживает то, что потом будет называться «кризисом среднего возраста». По совету друга – эндокринолога и сексолога доктора Бреннана, ученика Фрейда и Штейнаха, – он пытается разнообразить интимную жизнь и заводит роман с секретаршей Эддой. Однажды ночью Кент оставляет ее спящей и уходит, не заметив, что дверь ее квартиры не захлопнулась за ним. Утром семеро полицейских арестовывают банкира – Эдда найдена задушенной. Полиция, прокуратура, суд, пресса – всё в городе Midmetropolis (Чикаго?) находится в руках местного босса, главного врага Кента, поэтому его не выпускают под залог. Начинается война, сын уходит добровольцем в армию, дочь порывает с отцом. С согласия жены партнеры отстраняют его от управления банком и оставляют без денег. На суде он получает «от 15 лет до пожизненного». Жена сообщает ему о гибели на войне их сына.
Кент отбывает срок в тюрьме, известной строгостью режима. Жена разводится с ним и выходит замуж за его адвоката. Влюбленная в Стюарта капризная миллионерша Айви добивается его освобождения и поселяет у себя. Однажды она просит Кента душить ее, чтобы испытать оргазм, поскольку уверена, что тот убил Эдду, но герой в ужасе бежит от нее в никуда. Случайно встретив одного из товарищей по заключению, экс-банкир погружается в мир мелких преступников и снова оказывается в тюрьме. Там он узнает, кто убил Эдду: в этом ему признается бывший матрос Джек, оставшийся непойманным, но осужденный по другому делу – как выясняется, ложно. Джек испытывает к Кенту «любовь, которая не смеет назвать свое имя», но без взаимности. Обоих освобождают, и Джек исчезает. «Похоронив глупую гордость», Кент отсуживает часть денег у бывшей жены, открывает фирму на Уолл-стрит, возобновляет дружбу с Бреннаном и заводит роман с оперной примадонной Сильвией. Пресытившись всем, он пытается покончить с собой, но подоспевшие вовремя доктор, Сильвия и неизвестно откуда взявшийся Джек спасают его. Не шедевр, но написано неплохо и читается с интересом. Роман стоило бы перевести и издать в России.
«Ничто человеческое» открывается предуведомлением о том, что «изображенные в книге действующие лица являются вымышленными, любое сходство с живыми или покойными людьми – полностью случайным». Оговорка могла помешать возможному иску, но едва ли кого-то обманула. Автор сам надписал «первый экземпляр британского издания» старому другу, эндокринологу и сексологу Гарри Бенджамину (1885-1986) как «”Доктору Бреннану” от “Стюарта Кента”».

AllThings-Ins1

В судьбе главного героя много совпадений с Джорджем Сильвестром – от числа арестовывавших его полицейских и обыска без предъявления ордера до гибели сына на войне. Не берусь судить о сходстве персонажей и возможных прототипов, хотя адвокат полковник Макгиннес намекает на адвоката полковника Макгвайра, а мельком упомянутый «великий романист Теодор Лайзер» не требует пояснений.
В Америке роман вышел в 1949 г. под псевдонимом «Стюарт Бентон» – издательство «Sheridan House» не рискнуло выставить опасную фамилию. Чем объясняется псевдоним, кроме совпадения имени с главным героем, намекающего на связь между ними, не знаю. Книга прошла незамеченной, но важно было само ее появление – и какой-никакой гонорар.

AllThings-CovAm

В Англии Вирек не считался одиозным, поэтому в ноябре 1950 г. его лондонский издатель «Duckworth» выпустил «Ничто человеческое» под настоящей фамилией, указав на суперобложке, что это новый роман соавтора «Моих первых 2000 лет» и что «тюремные сцены основаны на личном опыте».

AllThings-CovBr

Из отзывов прессы издательство могло сослаться только на «Liverpool Post» («сочетание отличного детектива, психологического романа и социального анализа») и «Salt Lake City Tribune» («книга будоражит, волнует и задает вопросы»), но привело мнения двух известных людей. Гарри Элмер Барнес: «Один из самых захватывающих романов десятилетия. Вдобавок в нем столько ценного материала по уголовному правосудию, пенологии, финансам и сексологии, что он может служить учебником по каждой из этих наук. Его мог написать только человек, обладающий огромным личным опытом, острым философским умом и подлинным мастерством художника». Гарри Бенджамин: «Впервые читаю роман, столь успешно сочетающий психологию и поэзию с захватывающим и напряженным детективным сюжетом». Самому Виреку книга нравилась. «Еще один шедевр, – надписал он Хэду «мой предпоследний экземпляр» второго британского издания, появившегося в декабре 1951 г., процитировав Уайльда. – Кто я такой, чтобы посягать на совершенство».

AllThings-Ins2

Роман оказался забыт, пока о нем, как и о «Доме вампира», не вспомнили каталогизаторы «гей-литературы». В описании тюремных нравов автор не мог пройти мимо проблемы «мужчин без женщин», о важности которой постоянно напоминал его друг Барнес: «Полное отсутствие нормальной сексуальной жизни в тюрьме неизбежно вызывает разнообразные отклонения, извращения и серьезные душевные и нервные болезни». Латентному бисексуалу Кенту, как и его автору, не чуждо «ничто человеческое», но называть гомосексуализм «главной темой» романа неверно. Это скорее «Записки из мертвого дома», нежели «Крылья».
Американское издание романа встречается редко. Ни разу не видел его с автографом, один раз глупо упустил недорогой экземпляр в суперобложке (остался только присланный букинистом скан - он воспроизведен выше), а платить дорого за "безничего" не хочется. Но надежды не теряю. Британское издание представлено у меня в трех экземплярах с автографами автора. Два воспроизведены выше, еще один адресован любителю литературы Эдварду Грабитцу, которому Вирек в конце пятидесятых подписал несколько своих старых и новых книг.

AllThings-Ins3

?

Log in

No account? Create an account